Да, я поддерживаю Израиль

Фамилия, Имя*

Е-Мейл*

Страна*

Ваше сообщение

* Поле обязательно к заполнению.
** Ваши личные данные не будут опубликованы.
Подробнее читайте в импрессуме.

Да, я поддерживаю Израиль

От атеиста до верующего еврея

Опубликовано: 2018-04-19 @ 13:26

 От атеиста до верующего еврея

Деген, который, по его собственному признанию, до тридцати одного года исповедовал Атеизм — религию, отвергающую существование Творца, пришел к убеждению, что многие вещи нельзя объяснить обычными земными категориями, в частности, гениальные открытия? А облака, написанные Эль Греко в церкви Санта Мария Бланка в Толедо, какими их можно увидеть только с борта реактивного самолёта, летящего над ними, но не с земли?

Деген рассказывал, что, бывало, он едва успевал записывать фразы, которые будто бы кто-то диктовал, а он должен был лишь успеть записать. Подобное произошло с ним, например, летом 1945 года. В московском Доме литераторов Ион читал свои фронтовые стихи, за которые ему устроили страшный разнос. Пока его топтали, у него написалось стихотворение «Товарищам фронтовым поэтам».

Именно так он и сказал: не я сочинил стихотворение, а «у меня написалось стихотворение». Он прочёл его там же вместо заключительного слова. Кто продиктовал ему это стихотворение? Возможно ли, написать стихотворение с такой скоростью, да ещё в такой обстановке?

Похожий случай описал один художник, который в течение двух суток сделал 400 листов монотипии (монотипия — это механизм мгновенного рисунка). При этом у него было ощущение, что это делал не он. Когда он потом стал рассматривать эти листы, то обнаружил на них абсолютно четкие ивритские буквы, которых он не знал, и вообще, не совсем понимал, что именно на них изображено.

Есть в биографии Дегена события, которые, если не привлечь трансцендентальное, вообще не поддаются объяснению. Вот как сам Деген описал одно из таких событий (привожу с сокращениями). «21 января 1945 года в Восточной Пруссии, где у немцев была невероятная оборона, командир батальона отдал мне приказ на атаку без артиллерийской подготовки, без поддержки пехоты. Шел девятый день наступления без минуты отдыха. Колоссальные потери. Страх, который в таких условиях трудно преодолеть. Но ведь приказ. Перемахнули через первую немецкую траншею. Всё внимание на второй, откуда по нам открыли огонь. За боем наблюдал в перископ из командирской башенки. Поле зрения очень ограничено, видно только то, что впереди танка. И вдруг, не видя ничего, кроме траншеи впереди себя, чуть ли не в панике закричал: «Башню вправо!» и тут же «Бронебойный!». Башня немедленно повернулась вправо и звякнул клин затвора орудия. Я успел увидеть немецкий танк. И ещё успел подумать, что это — наш выстрел, или в казённике своей же пушки разорвался наш снаряд? Что я почувствовал? Почему успел отдать две команды? Стреляющему и башнёру. Я ведь не видел немецкого артштурма. Не мог его видеть! Кто через меня отдал команды? Я сам не мог отдать этих команд, не видя цели. Я был железобетонным атеистом, когда снова и снова в течение долгих лет задавал себе этот вопрос. И, разумеется, не находил ответа».

О подобных себе атеистах есть у Дегена пара четверостиший.

 

     Есть у моих товарищей танкистов,
     Не верящих в святую мощь брони,
     Беззвучная молитва атеистов:
     — Помилуй, пронеси и сохрани.

     Стыдясь друг друга и себя немного,
     Пред боем, как и прежде на Руси,
     Безбожники покорно просят Бога:
     — Помилуй, сохрани и пронеси.

 

Другой случай уже из врачебной его практики, положивший начало созданию магнитотерапии. После обычного операционного дня в больнице амбулаторный приём в поликлинике. Интенсивность такая, что нельзя было позволить себе встать и выйти для опорожнения мочевого пузыря.

Зашёл очередной пациент. И вдруг во время его осмотра Ион почувствовал необходимость зайти в кабинет физиотерапии, который посещал крайне редко и то по самой острой необходимости. В тот раз не было никакой срочности. Случилось необычное. Он прервал осмотр больного и быстро пошёл в кабинет физиотерапии. Вошёл в него в тот момент, когда сестра выключила аппарат индуктотермии и начала разматывать кабель волновода, спиралью обматывавший предплечье больного. Не отдавая себе отчёта, зачем он пришёл сюда, внимательно посмотрел на руку и подумал: ведь это же соленоид. Но если это соленоид, то, значит, индуцируется магнитное поле. При чём же здесь термия? Тепловая процедура, осуществляемая током высокой частоты? Надо ли забивать гвозди микроскопом? Ведь нагреть тело можно более эффективно с помощью соллюкса, кварца, грелкой, и т.п.  Но ему были известны случаи, когда именно индуктотермия действительно производила лечебный эффект. Следовательно, это не тепло, а магнитное поле. Но тогда, зачем высокая частота, если достаточно обычных пятидесяти герц, или даже постоянного тока?

Так и не поняв, почему он зашёл в кабинет физиотерапии, извинившись, вышел и продолжил прерванное лечение пациента. После него вошла молодая девушка, которую Ион два года назад прооперировал по поводу гигромы (шишкообразное скопление жидкости– М.А.) у основания правой кисти. Операция действительно пустяковая, и девушка у него больше не появлялась. Зачем нужен врач после такой операции? Оказывается, возникла другая причина. После операции возник уродливый келоидный рубец. Откуда было знать девушке, что это свойство её организма? Она решила, что прооперировал её сапожник и пошла к другому хирургу.

Уже в этом был один элемент необычного. Хирург, к которому она обратилась, блестящий врач, отлично знавший, что келоиды ни при каких условиях нельзя оперировать. Потом, когда Ион обсуждал с ним этот случай, он сказал ему, что его чёрт попутал, что он сейчас представить себе не может, как решился на эту операцию, после которой появился келоид раза в два больше предыдущего. Но главное, девушка сказала, что первый келоидный рубец был безболезненным, а сейчас она по ночам не спит от боли.

Что делать? Возможно потому, что в кабинете физиотерапии он подумал о магнитном поле, сейчас вспомнил, что в ящике его стола лежат двенадцать небольших цилиндрических магнитиков, которыми любил играться, перебирая их, как чётки. Всё это прокрутилось в сознании Иона, пока он извлекал из ящика магнитики, и как браслетом окружил нижнюю часть предплечья девушки у самого основания кисти. Келоид оказался между полюсами первого и двенадцатого магнитика.

С сияющим лицом девушка пришла к нему через два дня. Причина сияния — полностью прекратилась болезненность. Ион внимательно осмотрел келоид. За два дня почти исчезла багрово-синяя окраска, к тому же,  рубец стал площе.

Ион начал, чуть ли не, ежедневно посещать Центральную медицинскую библиотеку, просматривая зарубежные журналы, которые не выдавали на дом. Стала появляться аппаратура, электромагниты, генерирующие переменное и постоянное магнитное поле. Тут же начались эксперименты на животных и – о! Ужас! На людях! Это то, в чем его потом обвинили «доброжелатели», хотя эксперименты на людях были абсолютно безвредными. Проводились они исключительно на добровольцах, на родных, на друзьях, на врачах, на студентах.

Начались клинические испытания, результаты которых превосходили все предполагаемые надежды. Так появилась магнитотерапия в ортопедии и травматологии, постепенно перекочёвывая в другие области медицины.

Причина же, по которой Ион срочно ринулся в кабинет физиотерапии, осталась необъяснимой. Озарение? Внезапное видение того, что стало объектом открытия? Как оно произносилось это слово – озарение! Ион рассказывал, когда он слушал концерт уже абсолютно глухого Бетховена для фортепиано, хора и оркестра, то слышал и послание Всевышнего.

Ион называл себя верующим евреем «без кипы», считая очень многих израильтян такими же, как и он, то есть, ещё не доросших до выполнения всех шестисот тринадцати заповедей. Поэтому кипу он не носил, а надевал её только, входя в синагогу.

Опубликовал: cdialog_editor
Категория: История

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт.