Да, я поддерживаю Израиль

Фамилия, Имя*

Е-Мейл*

Страна*

Ваше сообщение

* Поле обязательно к заполнению.
** Ваши личные данные не будут опубликованы.
Подробнее читайте в импрессуме.

Да, я поддерживаю Израиль

Как победить не сражаясь

Опубликовано: 2017-11-08 @ 15:04

Марк Аврутин

Как победить не сражаясь

Оценка происходящих на БВ перемен с точки зрения Израиля

Ещё относительно недавно распад в результате «арабской весны» Ирака и Сирии – злейших врагов Израиля – воспринимался большинством израильтян с оптимизмом. Однако сегодня оптимизм, если не испарился полностью, уж точно поубавился. Что же произошло такого важного за последнее время при взгляде из Израиля?

Граничащая с Израилем Сирия, благодаря вмешательству Ирана и России, не развалилась, и режим Асада, сильно ослабленный, по-видимому, сохранится. В результате значительные территории переходят под контроль Ирана, который приближается к восточной границе Израиля.  Кроме того, Иран укрепляет связь с ХАМАСом – непосредственно и через Хизбаллу. Подтверждением может служить состоявшаяся 1 ноября в Бейруте публичная встреча генсека Хизбаллы Хасана Насраллы с Салахом Арури, занимающим второе место в политической иерархии ХАМАСа. На этой встрече согласовывались шаги «по совместному противодействию набирающей силу сионистской агрессии»

Напомним, что Хизбалла, созданная в 1982 году как инструмент Ирана, который ее вооружал, финансировал и поддерживал, и сейчас контролируется Корпусом стражей исламской революции Ирана. Ещё до конца этого года Хизбалла планирует полностью вывести свои военные подразделения из Сирии. Для Израиля они станут передовыми подразделениями Ирана.

Итак, Ирану, имеющему плацдармы на северной и южной границах Израиля, осталось создать плацдарм в центрально-восточной части Эрец Исраэль, то есть, в Самарии и Иудее. Предпосылкой к этому можно рассматривать начавшиеся «игры» между Рамалой и Газой, демонстрирующие стремление к палестинскому единству и к скорейшему созданию единого субъекта под руководством Абу-Мазена.

Впоследствии ХАМАС может подчинить себе рыхлый, коррумпированный и потерявший пассионарную боеспособность ФАТХ, особенно после ухода Абу-Мазена то ли в мир иной, или в отставку по старости или по состоянию здоровья. Кстати, вышеупомянутый Салах Арури является руководителем уже существующей в Иудее и Самарии террористической инфраструктуры ХАМАСа.

Кроме того, Турция – тоже не самый большой «друг» Израиля — ввела в Сирию свои войска. Анкара вынашивает планы по оккупации северной части Сирии. Правда, Дамаск обвиняет Турцию в оккупации страны (вместе с тем, соглашаясь с присутствием Ирана) и требует вывести турецкие войска с территории Сирии.

Страны, заинтересованные в ослаблении экспансии Ирана и Турции

Саудовская Аравия проявляет ещё бОльшую, чем Израиль, обеспокоенность экспансией Ирана. Об этом говорят и прием, оказанный Трампу с супругой, и огромные контракты на поставку вооружения, и визит престарелого и очень больного саудовского короля в Москву. Впрочем, Саудовская Аравия фактически уже находится в состоянии войны с Ираном, который поддерживает йеменских повстанцев-хуситов.

США при новом президенте Дональде Трампе на 180 градусов поменяли свою политику по отношению к Ирану. К сожалению, это пока сказывается, в основном, лишь в риторике нового президента. Проявленная Америкой пассивность позволила Ирану выдавить курдов из Киркука, расколоть их единство и практически свести на нет результаты проведенного в Курдистане референдума за независимость. Всё это очень напомнило поведение США при Бараке Обаме. Президент иракского Курдистана Масуд Барзани явно переоценил американскую преданность курдам.

У России тоже нет причин поддерживать экспансионистские устремления Ирана и Турции. Путин не один раз заявлял о намерении России вернуть домой основную часть воинского контингента из Сирии. Однако от базы на Средиземноморском побережье он отказываться не собирается. Сохранение же базы при минимально затрачиваемых на это средствах возможно лишь при отсутствии сильных конкурентов в регионе. При налаживании отношений с Америкой, угроза России могла бы исходить только от Ирана и непредсказуемой Турции. Важную роль в налаживании отношений России с Америкой мог бы сыграть Израиль.

Правда, в отношении интересов России предположения могут быть самые разные, вплоть до совершенно противоположных. Казалось бы, по мере стабилизации ситуации в Сирии должна возрасти конкуренция между Россией и Ираном за их влияние в стране. Иран ведь тоже стремится создать постоянный военный плацдарм в Сирии для усиления своего геополитического влияния в регионе. Сирии придется выбирать одного из двух покровителей, и тогда Россия попадает в число стран, заинтересованных в ослаблении стремления Ирана к региональной гегемонии. Но, с другой стороны, Москва может быть заинтересована в поддержке своих усилий со стороны Ирана и даже Турции по удержанию Сирии от распада.

 Возможный путь ослабления экспансии Ирана и Турции

Если изложенные выше аргументы считать справедливыми, то в круг стран, заинтересованных в ослаблении экспансионистских устремлений Ирана и Турции, попадают Израиль, Саудовская Аравия со своими арабскими сателлитами, Россия и США. Каким же образом можно достичь такого ослабления, не прибегая к военному вторжению? Каждая из стран анти ирано-турецкой коалиции могла бы сыграть свою роль в поддержке национально-освободительных движений нацменьшинств в Иране и Турции, переключив тем самым внимание этих стран на свои внутренние дела.

Проведенный референдум о независимости иракского Курдистана стал поводом для Ирана и Ирака осуществить давно спланированное нападение. Иракская центральная армия вместе с шиитскими боевиками Хашд Аш Шааби, в составе которых и реабилитированные игиловцы, и наемники со всего мира, напали на Курдскую автономию якобы из-за референдума за независимость Курдистана. Они зверски убивают и грабят мирное население Курдистана, отрезают головы людям точно так же, как это делает ИГИЛ.

 Разве это недостаточное основание для вмешательства с целью оказания помощи Курдистану и прекращения насилия. Вместо этого Америка сделала ставку на

иракскую армию. Не повторяет ли Дональд Трамп ошибки своего предшественника Барака Обамы и, к сожалению, не только в Ираке, но и в Израиле, настаивая на продолжении пресловутого арабо-израильского «мирного процесса»?

Нынешнее предательство курдов администрацией Трампа напоминает предательство тех же курдов администрацией Буша-старшего во время войны с Ираком. Многие из американских конгрессменов понимают, что решение США игнорировать влияние Ирана в Ираке будет ещё и способствовать созданию «военного коридора из Тегерана в Дамаск на порог Израиля». Они уверены, что президент США Дональд Трамп плохо информирован о влиянии Ирана на положение всего  Ближнего Востока. В результате шиитский терроризм становится следующей угрозой Ближнему Востоку после подавления терроризма суннитов (Исламского государства).

Как и в 1991 году, когда Масуд Барзани по призыву президента США Буша-старшего возглавил восстание курдов против режима Саддама Хусейна в Ираке, так и четверть века спустя Масуд Барзани явно переоценил американскую преданность курдам. В 1991 году отсутствие поддержки с стороны Америки позволило иракскому диктатору  с присущей ему жестокостью подавить восстание. И в войне против ИГИЛ курды приняли участие, став самыми надёжными союзниками США. Но Барзани не настоял на признании Курдистана полноправным членом коалиции в статусе суверенного государства. Теперь же судьба курдов в Иракском Курдистане будет зависеть от развития внутренних и международных противоречий вокруг Курдистана в самом Багдаде, в Анкаре и Тегеране.

 Сепаратистские движения иранских курдов, азербайджанцев и других нацменьшинств.

Существует много способов предотвратить иранскую экспансию, представляющую угрозу для всего БВ-региона. Об одном из способов не принято говорить, хотя, на мой взгляд, он мог бы оказаться применительно именно к Ирану наиболее эффективным. Поскольку на прямое столкновение с Ираном сегодня вряд ли кто решится, можно было бы воздействовать на существующие в Иране межнациональные противоречия.

 Для Ирана всегда вполне реальную угрозу представлял в прошлом и представляет сегодня сепаратизм. Сепаратистские движения могут существенно дестабилизировать ситуацию в стране. Иранцы — это искусственная нация, отличающаяся крайне пестрым национальным составом населения, обусловленные этим противоречия могут служить предпосылкой раскола иранского государства.

 Народы Ирана, имеющие собственные территории компактного проживания, неоднократно предпринимали попытки отделения и провозглашения независимости. Среди иранских азербайджанцев, — второго по численности после персов народа Ирана – популярны идеи о возможных перспективах воссоединения с суверенным Азербайджаном. В марте 2013 г. в Баку прошла конференция «Будущее современного Южного Азербайджана», на которой обсуждались политические события на Ближнем Востоке и в Иране, а также возможный распад Ирана по примеру Сирии и Ирака.

 Ещё более остро стоит в Иране курдская проблема. С 1918 по 1922 гг. в Иране существовало Курдское государство. В 1946 г. при поддержке СССР была создана Мехабадская республика. Но она просуществовала лишь около года — с 22 января по 16 декабря 1946 г. После падения Мехабадской республики создавший ее клан Барзани перебрался в Ирак, где принимал участие в движении освобождения иракских курдов.

 Курдские националисты выступали за создание в Иранском Курдистане широкой автономии, оставлявшей за центральным правительством, по сути, лишь вопросы национальной обороны и внешнеполитических связей. С помощью КСИР удалось нейтрализовать их сопротивление. Сам Иран рассматривает «курдскую проблему» как только результат происков США и Израиля, и крайне негативно относится к любым обсуждениям положения курдов в Иранском Курдистане.

 На самом же деле иранский Курдистан — это одна из наиболее отсталых в социально-экономическом отношении территорий страны. Население Иранского Курдистана намного беднее, чем жители более развитых регионов страны. Поэтому с идеями автономии у иранских курдов связаны надежды на улучшение социального и экономического положения в своих провинциях. Хотя американское руководство, действительно,  рассматривало курдскую проблему как один из способов воздействия на Иран.

 Инструментом такого воздействия могла бы стать помощь иракского Курдистана курдским националистам, выступающим за создание автономии в иранском Курдистане. Подобная реакция была бы вполне естественной в ответ на участие Ирана в нападении вместе с центральным правительством Ирака на иракских курдов после их победы над ИГИЛ. Конечно, эффективность этой помощи зависела бы от её поддержки странами, заинтересованные в ослаблении экспансии Ирана. Как знать, возможно, эти усилия увенчались бы созданием большого Курдистана, хотя бы в форме конфедерации. С другой стороны, ослабление экспансии Ирана и Турции и создание большого Курдистана стабилизировало бы ситуацию на всем БВ.

 Перемены в Саудовской Аравии и трансфер палестинских арабов

 Не менее важным положительным моментом могла бы стать полномасштабная модернизация Саудовской Аравии, где власть переходитк новому поколению, выросшему совсем в другом мире. Об этом говорят и желание наследного принца 31-го летнего Мохаммеда бин Салмана построить в песках новый суперсовременный город, и его обещание вернуть страну к «умеренному исламу». Конечно, изменить одно из наиболее ультраконсервативных королевств мира совсем не просто.

Реформы внутри страны повлекут за собой изменения внешней политики, в частности, в отношении палестино-израильского конфликта. В условиях тяжелой экономической ситуации, вызванной падением цен на нефть, может придти понимание  того, что сотрудничество с Израилем намного плодотворнее поддержки борьбы палестинских арабов на уничтожение Израиля.К тому же проведение реформ потребует привлечения дополнительных рабочих рук, что станет важным фактором в решении проблемы добровольного трансфера арабов из Эрец Исраэль.

 Происходящие перемены в Саудовской Аравии явно направлены на улучшение отношений с Израилем. Конечно, трудно рассчитывать на явную поддержку Саудовской Аравией решения Израиляобъявить суверенитет на все территории, присоединенные после Шестидневной войны 1967 года. Но налаживание отношений с Израилем вплоть до создания оборонного союза с его участием исключит активное противодействие такому решению, что уже хорошо.
 При переселении арабских жителей из Эрец Исраэль в «третьи страны», одной из таких «третьих стран», скорее всего, станет Иордания. Ведь очень много арабских семей оказались разделенными Иорданом. Кроме того, многие политические лидеры, в том числе,  иорданские и палестинские признают образование отдельного «Палестинского государства» неестественным. Да и в самом появлении «палестинской нации» даже король Иордании Хуссейн видел лишь инструмент борьбы с еврейским присутствием в Палестине.

Еще в 1977 году член Исполкома Организации освобождения Палестины Захир Мухсейн в интервью голландской газеты «Трау» сказал, что «Палестинского народа — нет. Основание палестинского государства — лишь средство продолжения нашей борьбы за арабское единство, против государства Израиль… На самом деле — нет никакой разницы между иорданцами, палестинцами, сирийцами и ливанцами. Мы говорим о существовании палестинского народа лишь из политических и тактических соображений. Ибо арабские национальные интересы требуют противопоставить сионизму существование отдельного палестинского народа…».

Конечно, иорданские политики видят в переселении части арабов из Самарии и Иудее в Иорданию, где и сейчас уже большинство населения составляют палестинские арабы, угрозу хашемитскому режиму. Но он не вечен и рано или поздно будет сменен по причинам, не зависящим от Израиля. Пока же увеличение процента палестинских арабов в населении Иордании ослабило бы амбициозность и антиизраильскую риторику короля Абдаллы.

 

 

Опубликовал: cdialog_editor
Категория: Публикации

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт.