Да, я поддерживаю Израиль

Фамилия, Имя*

Е-Мейл*

Страна*

Ваше сообщение

* Поле обязательно к заполнению.
** Ваши личные данные не будут опубликованы.
Подробнее читайте в импрессуме.

Да, я поддерживаю Израиль

Такая война

Опубликовано: 2017-09-05 @ 11:57

Марк Аврутин

Такая война

Это не конфликт, но война. То, что происходит на территории Зап. Палестины, — это не конфликт между евреями и арабами. Как только арабские лидеры поняли после обнародования декларации Бальфура 2 ноября 1917 года, что речь идет о создании еврейского государства в Палестине, началась война по изгнанию или уничтожению евреев, которая длится вот уже сто лет. Поэтому все попытки нащупать пути окончания конфликта и создания условий, которые позволили бы Израилю и палестинцам жить в условиях мира и безопасности, как это, к примеру, делает автор статьи, неизменно заканчиваются провалом.

Война ведется с целью посеять страх, создать атмосферу тотального страха, чтобы боялись все. Для этого не нужны танки и самолёты, — годятся самодельные взрывные устройства, кухонные ножи, отвертки и ножницы. Дело не в орудиях убийства, а в настрое арабов убивать евреев во имя великой цели – очищения от них земли ислама. Убийцы – это не обязательно члены террористических организаций. Убийцами могут быть и террористы-одиночки.

 Участие гражданского населения в войне. Воины ислама не нуждаются  в военной форме, они неотличимы от условно гражданского населения, среди которого они скрываются. В этой войне, получившей название «асимметричной войны», нет территории, определяемой как поле боя, и поэтому вопрос о том, кто является гражданским населением, приобретает решающее значение. Среди гражданского населения те, кто планирует атаку, вербует смертника, готовит бомбу, и водитель автомобиля, транспортирующего смертника к месту цели, и так далее.

 Каждый, уже решивший взять в руки орудие и пойти убивать евреев, получает моральную и материальную поддержку своих сородичей. Поэтому выделить среди арабов «ни в чем не повинных гражданских лиц» весьма проблематично.  Понятно, что даже самый скрупулезный анализ оставляет место для сомнений. Например, как оценивать того, кто финансирует смертника? А врачи,  учителя,  адвокаты, — казалось бы, сугубо гражданская часть населения. Однако учителя учат детей и подростков ненависти и «выполнению воли Корана». Адвокаты обеспечивают юридическую защиту и прикрытие тех, кто сейчас «на передовой». Врачи на «поле боя»  и в тылу оказывают воинам ислама первую помощь.

 Таким образом, война не имеет определенного места и ведется неизвестными убийцами. То есть, изменилась сама природа войны, которая превратилась в войну всех против всех и повсюду. Стратегической парадигмой этой новой войны стало  превращение присущего каждому человеку чувства осторожности и страха в общую повсеместную панику.

Сохраняют жизнь «мирного» населения ценою жизни своих солдат.  Израиль же стремится отделить боевиков от окружающего их якобы гражданского населения, которое считается более умеренным. Согласно недавнему высказыванию Нафтали Беннета, 99, 9 % арабских жителей — лояльные граждане Израиля. По-видимому, всех помощников, без  поддержки которых действия убийц — исполнителей терактов были бы невозможны, Нафтали Беннет относит к«лояльным гражданам Израиля», хотя сами они позиционируют себя как «палестинский народ, сражающийся с Израилем». Каждый из них может сколько угодно долго и «мирно» ждать своего часа прежде, чем взорваться или наброситься с ножом.

При таком подходе, когда от армии требуется сохранить жизнь 99,9% населения, подвергают риску жизнь собственных солдат. Например, если вражеский снайпер засел на крыше здания, в котором могут находиться гражданские лица, и единственный способ ликвидировать снайпера – снести крышу, то такой способ запрещен. Израиль, опасаясь обвинений в преднамеренной атаке на мирных жителей, должен заранее просить мирных граждан покинуть зону операции. Но первыми покидают эту зону боевики, часто блокируя выход мирным жителям. Их жизни ничего не значат по сравнению с возможностью обвинить Израиль в  непропорциональном применении силы.

Военно-политическое руководство Израиля считает стремление командиров не рисковать жизнью своих солдат неверным, поскольку оно  ведет к ненужным смертям среди гражданского населения. Армию вынуждают отказаться от выбора более эффективных решений, например воздушной бомбардировки, которая привела бы к гибели многих мирных жителей. Вместо этого армия прочесывает квартал за кварталом населенного пункта, теряя при этом десятки своих солдат.

Этическийкод деморализует израильскую армию. Разработанный для израильской армии этический кодекс, по мнению боевых командиров, подобен смирительной рубашке, воевать в которой практически невозможно, и это может со временем  полностью парализовать армию. Никакая война, как бы она не называлась, невозможна без поддержки гражданского населения. Выше было показано, как эти «ни в чем не повинные гражданские лица» участвуют в войне. Накладываемые ограничения на действия израильской армии лишают её возможности завершить победой начатую операцию. В результате неразгромленный противник начинает готовиться к следующей операции, которая оказывается для израильской армии тяжелее предыдущей.

Израиль исходит из представления о том, что в асимметричной войне победа никогда не бывает окончательной.  Но на Ближнем Востоке, если ты не убьёшь врага, он будет стараться убить тебя.Только отстреливать тех, кто уже взял в руки оружие, так же неэффективно, как бороться с комарами, не осушая болота. Всех комаров ведь не передавить, и всех арабов не перестрелять. Поэтому, не ликвидируя источники финансирования, сохраняя инфраструктуру, не запрещая проповеди на тему: «убей неверного», война может превратиться в перманентную войну.

 При этом возникает подозрение: а не устраивает ли руководство существующее положение вещей?Тогда становится понятным, почему все демократические институты Израиля действуют так часто против интересов своего народа. Израильская демократия заставляет израильских евреев спонсировать из своих налогов арабов и нелегалов и при этом ещё терпеть их преступность, насилие, жестокость, воровство и грабёж. Предоставлять им преимущества при поступлении в колледж, а потом — привилегии на рынке труда, да еще и защищать их, служа в армии. Израильская демократия заставляет евреев без возмущения смотреть, как у них на глазах разворовывают их страну.

 Деморализация израильского общества сказалась и на ЦАХАЛе, продолжающим оставаться народной армией. Нелепые догмы «Морально-этического кодекса» дезориентируют армию. Многие израильские офицеры готовы сражаться лишь в такой войне, которую они сочтут справедливой. В то же время выжить в окружении враждебных стран, придерживаясь тактики выжидания, чтобы получить какие-либо преимущества, как показывает ситуация на границе с Сирией, пользы не принесла. Израиль потерял свой буфер безопасности на Голанских высотах, где российские войска разместили силы Иранской революционной гвардии и офицеров Хезболлы в 2-х км от границы. Единственным выходом остается нанесение превентивного удара, но война, начатая подобным образом, будет воспринята командованием несправедливой.

Имидж ЦАХАЛа и реальное положение дел. На чем основан имидж ЦАХАЛа как сильнейшей армии на Ближнем Востоке, если ЦАХАЛ фактически «проигрывает в каждом столкновении с противником». Начиная с вывода израильских войск из Ливана, который сопровождался явными признаками поражения: предательство южноливанских союзников, паническое бегство, оставленное врагу имущество — техника, оружие, боеприпасы, секретные документы. «Из Ливана уходила не армия, а неорганизованный сброд, облаченный в военную форму». Это ли не деградация ЦАХАЛа? При этом Шауль Мофаз, командовавший выводом войск из Ливана, удостоился ещё и похвалы тогдашнего ПМ за хорошую организацию операции.

Нормой для ЦАХАЛа стал целый ряд позорных инцидентов. Схваченный палестинцами израильский солдат был ими избит до полусмерти на глазах находившихся на посту израильских солдат, которые не посмели вмешаться в происходящее. Скорее всего, их бездействие было вызвано элементарным страхом. Вмешаешься — изобьют, применишь оружие — предстанешь перед трибуналом. А когда израильский патрульный джип 3 июля 2000 года был обстрелян палестинскими солдатами, военнослужащие бросили машину и обратились в бегство — никто из них не решился открыть ответный огонь. На автобус с туристами в окрестностях Шхема, на горе Эйваль напали палестинцы. Находившееся там израильское подразделение не открыло ответный огонь. В результате один из туристов, которому не была оказана вовремя медицинская помощь, погиб. Командующий Центральным округом Ицхак Эйтан ответственность за инцидент переложил на командира дивизии, который не должен был разрешать туристам посещение горы Эйваль. Все чаще армия показывает свою трусость и бросает раненых на поле боя.

Современное отказничество является продолжением традиций, появившихся еще в первые годы после создания Израиля в результате глубочайшей политизации ЦАХАЛа. «Офицерское письмо» от 7 марта 1978 года, в котором была завуалированная угроза отказа от призыва, положило начало деятельности «Шалом ахшав». В 1979 году публикация «Письма ста», организаторы которого стали основателями «Еш гвуль».  Основная направленность этой организации состояла в призыве к отказу от ежегодной резервистской службы (милуим), если она будет проходить на «территориях» и состоять в охране еврейских поселений, а также в отказе служить в Ливане. Сегодня члены «Еш гвуль» защищают «палестинскую революцию», ведущую «народную войну» против «сионистского колониализма и оккупации».

«Приказано» выжить. И в этой ситуации необходимо выживать. Но выжить может тот, кто в данный момент сильней. И бесполезно с арабами выяснять, кто пришельцы, а кто – на своей земле. Автор статьи пишет: «Нет шансов на сосуществование— мусульмане осознают эту несовместимость и по-своему пытаются эту проблему решать». Израиль же реагирует на вопли о «неадекватном применении силы», правах человека, «юдо-нацизме» и т.п., и перестает бомбить противника. Тогда лидеры террористов вылезают из своих бункеров.

Тем временем Иран расселяет в Сирии шиитское население из Ирака, Афганистана и Ирана с явным намерением раз и навсегда изменить состав населения в стране.  Вмешается ли Израиль в войну в Сирии с целью предотвратить накапливание иранских сил в этой стране, как заявил Либерман. Ведь это будет воспринято как вмешательство Израиля в межконфессиальную войну на стороне умеренных прозападных суннитских режимов. Израиль итак уже, укрепляя отношения с Индией, оказался втянутым в полноценный военный союз, противостоящий Китаю, который всегда смотрел на Израиль как на американского вассала, и голосовал в ООН за любые антиизраильские резолюции. И Махмуд Аббас не упустил возможность «подлить масло в огонь»:  слетав в Пекин, он спровоцировал выступление в ООН представителя КНР, который  призвал мировое сообщество поддержать палестинцев.

А левый истеблишмент, который рассуждает об общечеловеческих ценностях, и о приверженности к ним вне зависимости от культуры, пытается уверить, что никакой войны нет, что «террор не имеет религии и национальности». На этом фоне в Израиле ведутся бесконечные расследования против ПМ Биньямина Нетаниягу, и в администрации Дональда Трампа царит неразбериха…

 

 

Опубликовал: cdialog_editor
Категория: Публикации

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт.