Да, я поддерживаю Израиль

Фамилия, Имя*

Е-Мейл*

Страна*

Ваше сообщение

* Поле обязательно к заполнению.
** Ваши личные данные не будут опубликованы.
Подробнее читайте в импрессуме.

Да, я поддерживаю Израиль

Как была спровоцирована 6-ти дневная война

Опубликовано: 2017-02-18 @ 14:35

Как была спровоцирована 6-ти дневная война

 

            Ещё 26 марта 1964 года Насер, выступая на заседании Национальной ассамблеи Объединенной Арабской Республики, заявил: «Израиль и окружающие нас империалисты, которые противостоят нам, – это две разные вещи. Уже были попытки… представить нынешнюю ситуацию в нереальном виде – как будто проблема Израиля – это проблема беженцев, после решения которой будет решена и проблема Палестины в целом… Опасность, исходящая от Израиля, вызывается самим фактом его существования в нынешнем виде и тем, что он символизирует».

            Пока Насер произносил речи, угрожая начать войну, арабские террористические атаки участились. В 1965 году на Израиль было совершено 35 нападений. В 1966 году их число возросло до 41- го. Только в первые четыре месяца 1967 года было предпринято 37 атак.
            Весной 1967 года Насер и лидеры других арабских государств начали настоящую психологическую войну против Израиля. 7 апреля 1967 года в ответ на сирийскую атаку с Голанских высот на израильские кибуцы израильтяне сбили шесть сирийских «Мигов». Вскоре после этого Советский Союз,  который оказывал военную и экономическую помощь Сирии и Египту,  передал Дамаску информацию о том, что Израиль якобы готовится к нападению и с этой целью наращивает вооруженные силы.

            Израиль опроверг эту информацию, тем не менее, Египет,  пользуясь договором с Сирией о совместной обороне, 15 мая, в День независимости Израиля, ввел свои войска на Синайский полуостров у границ Израиля. 

            16 мая 1967 года Насер потребовал вывести силы быстрого реагирования ООН, находившиеся на Синайском полуострове с 1956 года. Генеральный секретарь ООН У Тан тут же выполнил это требование, и уже на следующий день египтяне заняли наблюдательные пункты «голубых касок».

            18 мая 1967 года, после ухода войск ООН, по радио «Голос арабов» было оглашено следующее заявление: «Что касается сегодняшней ситуации, то сил быстрого реагирования, которые могли бы защищать Израиль, теперь не существует. Мы
больше не будем проявлять терпение. Мы больше не будем обращаться в ООН по вопросам, связанным с Израилем. Единственное, что мы будем применять против Израиля, – это методы тотальной войны; в конечном счете, они приведут к уничтожению Израиля».
            В тот же день, 18 мая сирийские войска расположились на позициях вдоль Голанских высот, готовясь к боевым действиям. А 20 мая сирийский министр обороны Хафез Асад с энтузиазмом заявил: «Наши войска сейчас полностью готовы не только к тому, чтобы отразить агрессию, но и к тому, чтобы положить начало освобождению, и к тому, чтобы уничтожить сионистское присутствие на арабской родине».  22 мая Египет закрыл Тиранский пролив, полностью заблокировав израильский порт Эйлат.

            26 мая на заседании руководства Панарабской федерации профсоюзов глава ООП Ахмад Шукейри — предшественник Ясира Арафата -  объявил, что арабы позволят уцелевшим евреям вернуться в страны исхода. «Хотя вряд ли кто-нибудь уцелеет» -  добавил он.

            Обстановка сознательно нагнеталась. Насер почти ежедневно угрожал начать военные действия против Израиля. «Нашей главной целью будет уничтожение Израиля. Арабские народы хотят воевать», – заявил он 27 мая. А на следующий день добавил: «Мы не согласимся ни на какое сосуществование с Израилем. Сегодня предметом спора является вовсе не установление мира между арабскими государствами и Израилем.  На самом деле война с Израилем идет давно, начиная с 1948 года».
            30 мая иорданский король Хусейн подписал соглашение о военном сотрудничестве с Египтом. После этого Насер заявил: «Армии Египта, Иордании, Сирии и Ливана находятся у границ Израиля, чтобы принять вызов, а позади наших армий стоят армии Ирака, Алжира, Кувейта, Судана и всей арабской нации. Наши действия поразят весь мир. Сегодня все узнают, что арабы готовы к военным действиям, что критический час наступил. Мы вступили в стадию серьезных действий, а не деклараций».

            Не остался в стороне и президент Ирака, который заявил: «Существование Израиля – это ошибка, которая должна быть исправлена. Сейчас у нас есть благоприятная возможность стереть этот позор, это постыдное положение, в котором мы оказались после 1948 года.  Наша цель ясна – стереть Израиль с карты мира». 4 июня Ирак присоединился к военному союзу Египта, Иордании и Сирии.

            Закрытие Тиранского пролива 22 мая 1967 году нарушало Конвенцию о территориальных водах и прилегающей зоне, одобренную 27 апреля 1958 года конференцией ООН по вопросам морского права.  Таким образом, уже тогда был создан «казус белли» – формальный повод для объявления войны.

            Но премьер-министр Леви Эшколь заявил об этом 5 июня, и Армия обороны Израиля нанесла упреждающий удар. Численность израильской армии – 264 тыс. человек, основное вооружение: 800 танков и 300 самолетов. Ей противостояли армии Египта, Ливана, Алжира, Иордании, Кувейта, Саудовской Аравии, Ирака и Сирии общей численностью 537 тыс. чел. Основное вооружение составляло 2504 танка и 957 самолетов.

            Израильская авиация нанесла молниеносный воздушный удар по аэродромам всех своих противников силами всего 40 самолетов, и в считанные часы полностью уничтожила их военно-воздушные силы. Аэродромы оказались полностью выведенными из строя. Бомбометание велось с очень малой высоты – 30 метров, что делало самолеты недоступными средствам ПВО.

            Теоретически бомбы, сброшенные с такой малой высоты, не могли причинить бетонному покрытию ощутимого ущерба, а вот самолетам, сбросившим их, могли «поотрывать»  хвостовые оперения. Поэтому бомбы были снабжены тормозными парашютами, которые задерживали падение на несколько секунд, и одновременно реактивными ускорителями, срабатывавшими перед контактом с землёй. В результате бомба просто вколачивалась в бетон. Взлетные полосы были выведены из строя. Эффективность повышалась за счет того, что пилоты целились в те точки, где полосы скрещивались, и одна бомба делала непригодными сразу две полосы.

            Следующий заход использовался для обстрела ставших беспомощными египетских самолетов, которые превращались в костры. Когда все самолеты уже горели, уничтожались здания, радарные установки и машины тех. обслуживания.

            Первая волна израильской авиации провела над египетскими аэродромами 7 минут. Через три минуты эти аэродромы оказались накрытыми второй волной самолетов, которые вылетели с израильских аэродромов вслед за первой, с интервалом в 10 минут.

            Время возвращения самолетов на израильские авиабазы составляло в среднем 20 минут. Наземные команды готовили самолеты к новому вылету — и всё это за 8 минут. Изготовители израильских «Миражей» — французы, делали это за два с половиной часа. Генерал Эзер Вейцман, создатель израильских ВВС, тренировал персонал по своим собственным нормативам, которые, по его мнению, должны были быть выше мировых.        Всего против 19-и египетских аэродромов было сделано 332 боевых вылета. Некоторые летчики сделали в течение 5-го июня 8 боевых вылетов. Наземные операции израильской армии начались практически в то же время, что и воздушные – ждать окончательного результата действий авиации было некогда.

            6-го июня египетское верховное командование отдало приказ об общем отходе с Синая, но поскольку отход не был никак подготовлен, он превратился в паническое бегство. От Даяна поступили строгие директивы — не способствовать обострению ситуации на их фронтах. Никаких наступательных действий — только оборона. Война будет вестись только против Египта. А если иорданцы пойдут в наступление на Иерусалим? Только через неделю, когда будет покончено с египтянами, армия придет на помощь центральному сектору.

            Но война там началась почти немедленно. Утром 5-го июня иорданские военные, получив от египетского командования сообщение, что «египетские самолеты на пути к Тель-Авиву», начали военные действия против Израиля. Король Хуссейн выступил по национальному радио с обращением к народу. Израильское правительство через посредство ООН обратилось к Хуссейну с призывом не начинать войну, но король проигнорировал, полагая, что его наступление не столкнется со слишком сильным сопротивлением.

            Тяжелая артиллерия Иордании открыла огонь по пригородам Тель-Авива и по самой большой авиабазе на севере Израиля. Иорданские истребители «Хантер» английского производства атаковали израильские аэродромы. 6,000 тяжелых снарядов были выпущены по Иерусалиму. В городе было повреждено 900 домов, больше тысячи человек было ранено, а 20 — убито. Снарял попал в новый госпиталь Хадассы, были обстреляны здание Кнессета и дом Премьер-Министра.      

            К середине дня в Иерусалиме ответная реакция израильтян оказалась много сильнее той, на которую рассчитывал Хусейн. Израильское командование решило, что  началось генеральное наступление иорданских войск, которых в Иудее и Самарии было столько, что их сосредоточенный удар мог перезрезать Израиль.

            Было решено действовать активно. Северное Командование передало Центральному Фронту значительную часть своих войск, и они начали наступление в Самарию. В 12:30 того же дня израильские самолеты нанесли иорданцам ответный удар по обоим их военным аэродромам — в Аммане и в Мафраке, сделав их полностью непригодными к дальнейшей эксплуатации.

            Из Каира приходили какие-то непонятные новости: воздушные атаки врага на Каир и Суэцкий Канал отбиты, Израиль потерял 158 самолетов, египетские войска перешли в наступление, и продвигаются через Негев на соединение с Иорданией. Израиль эти сообщения никак не опровергал.

            В ночь с 5-го на 6-ое июня через все доступные каналы Хусейном были посланы израильскому правительству четыре предложения о срочном перемирии с единственным условием — оно должно быть неофициальным. Король говорил, что в начале военных действий он совершенно не повинен – «это было сделано по приказу египтян, которые сейчас командуют всем». Хуссейн сказал, что если у него не  будет другого выхода, он «присоединится к египетским инициативам».

            Инициатива состояла в том, чтобы сообщить всем арабским народам, и всем миролюбивым людям планеты, что на Египет напали не только израильские, но и американские самолеты. Радио Каира сообщило, что «1,200 американских самолетов, поднявшихся с авианосцев 6-ого Флота, нанесли коварный удар по египетским аэродромам». Президент Насер по открытой гражданской линии позвонил Хуссейну и озвучил это предложение. Король со всем этим согласился — и что напали американцы, и что англичане им тоже содействовали. Разговор двух лидеров был перехвачен и записан израильской электронной разведкой.

            Поскольку сражение на Синае шло так успешно, то не только резервы Центрального Командования, но и резервы Южного Командования решено было использовать на Центральном Фронте. Иорданские войска теряли одну за другой позиции и, поскольку Иордания официально  не запросила перемирия, решено было не останавливаться.

            Египтяне понесли ужасающие потери — около 15,000 убитыми, до 50,000 ранеными. Около 90% всей военной техники, все запасы боеприпасов, горючего, снаряжения – достались израильтянам. На Синае осталось 629 танков (из них около 200 исправных), 750 орудий, 2500 БТР и грузовиков.

            Потери Израиля составили 777 человек убитыми и 2586 человек ранеными – вдвое больше (по отношению к численности его населения), чем США потеряли в течение восьми лет войны во Вьетнаме. Кроме того, несмотря на поразительный успех, которого израильские ВВС добились в самом начале войны и который сопровождал их действия и в дальнейшем, потери воздушных сил были немалыми – 46 из 200 (общее количество) истребителей. Если бы Израиль выжидал, пока арабы начнут военные действия первыми, как это произошло в 1973 году, и не нанесли бы упреждающий удар, величина потерь была бы, несомненно, значительно большей, без всякой гарантии полного успеха.

            На пятый день войны Египет, Израиль, и Иордания согласились на прекращение огня. 9 июня Насер — по настойчивому предложению группы офицеров — подал в отставку. По всему Египту пошли стихийные демонстрации протеста против его решения оставить свой пост. Насер был по-настоящему популярен, а размеров поражения народ толком не знал, поэтому обвинять лидера никто не собирался, а его заявление об отставке было воспринято как благородный жест истинного отца народа.

            Убедившись, что переворот ему не грозит, Насер взял отставку обратно. Вскоре  был арестован фельдмаршал Амер. Но чтобы спасти честь офицера он ухитрился, находясь в тюрьме по обвинению в государственной измене, совершить якобы самоубийство.

            Перемирие было принято и Сирией, однако сирийские пушки продолжали стрелять с Голанских Высот. Казавшиеся неприступными укрепления на  Голанах были сломлены за один день. Сирийское руководство решило, что израильское наступление продолжится с целью смены режима в Дамаске, и опасалось, что, помимо Голан, последует вскоре второй удар на столицу, через Ливан.

            Хафез аль-Асад обратился к армии. «О, солдаты, 300,000 бойцов Народной Армии стоят вместе с вами в этом бою, а за ними — 100 миллионов арабов. Наши лучшие войска сейчас на фронте. Нанесите удар по вражеским городам, превратите их в пыль, замостите арабские дороги черепами евреев. Разите их без пощады».

            В Советском Союзе наступление на Сирию, которая была ближе к СССР, чем Египет — и географически, а главное, политически, вызвало острую реакцию. Израиль был обвинен в «заговоре, имеющем целью достичь мирового господства». Посол Чувакин заявил, что «ввиду неприкрытой агрессии Израиля против арабских стран и грубейших нарушений резолюций Совета Безопасности ООН Советский Союз решил разорвать с Израилем дипломатические отношения».

            10 июня, на 6-ой день, война завершилась, но лишь сравнительно недавно стали известны настоящие мотивы той войны. В книге «Летучие мыши над Димоной: советская ядерная авантюра в Шестидневную войну»  (Foxbats over Dimona: The Soviets’ Nuclear Gamble in the Six-Day War) два израильских исследователя Изабелла Гинор и Гидеон Ремез показали, что Советский Союз спровоцировал кризис, намереваясь вступить в войну с Израилем на стороне арабов с целью уничтожения израильского ядерного центра в Димоне.

            СССР спровоцировал арабов к развязыванию агрессии против Израиля. Поворотный момент на пути к Шестидневной войне произошел 11 мая 1967года. Советские представители передали египтянам сфабрикованный в Москве «документ», в котором утверждалось, будто Израиль  сконцентрировал на границе с Сирией сорокатысячную ударную группировку при поддержке сотен танков и готовится к вторжению с целью свержения правящего в Сирии режима.
            Израильское правительство не только немедленно опровергло эту фальшивку, но и предложило советскому послу в Израиле лично убедиться в отсутствии израильских войск на сирийской границе. Понятно, что Чувакин не мог свидетельствовать против своего правительства, и вынужден был отвергнуть это предложение.

            Насер, который  был не только президентом Египта, но и главой Объединенной Арабской Республики (ОАР), не мог проигнорировать это сообщение, поскольку формально Сирия тоже была его страной. Начальник египетского генштаба генерал Мухаммед Фавзи, совершив облет приграничных территорий,  доложил президенту, что никакого сосредоточения израильских войск нет.

            Насер  оказался в сложном положении. Советские «друзья» постарались, чтобы во всех арабских странах узнали о грядущем израильском вторжении в ОАР. Все выжидали, хватит ли у президента ОАР решимости нанести удар по ненавистному «агрессору».  И Насер знал, что в противном случае он навеки покроет своё имя позором. Так Героя Советского Союза, лидера арабского мира, фактически лишили выбора.

            Автор упомянутой выше книги, просматривая как-то прессу, наткнулась в одной из украинских газет на поразивший её материал: бывший офицер советской морской пехоты, капитан Юрий Хрипунков писал, что в первый день Шестидневной войны, будучи на борту фрегата в восточной части Средиземного моря, получил приказ: отобрать 30 «добровольцев» и подготовиться к десантированию на побережье Израиля. Операция несколько раз откладывалась, наконец, был получен долгожданный приказ, но тут боевые действия прекратились, и Москва забила отбой. В этот момент десантники находились всего в 20 милях от Хайфы — запланированного места высадки.

            И это на фоне отсутствия даже намека на прямое советское военное вмешательство в ближневосточный конфликт. Более того, все специалисты утверждали, что такое вмешательство противоречило бы всем принципам советской внешней политики.
            Скоро, помимо обнаруженного откровения капитана Хрипункова, исследователи нашли в разных независимых друг от друга источниках, не только подтверждения его рассказа, но и сходные сообщения моряков с других кораблей советской Средиземноморской эскадры. В операции были также задействованы атомные подлодки, стратегические бомбардировщики, пилотам которых выдали карты целей на территории Израиля, истребительные соединения, получившие приказ прикрывать бомбардировщики и поддерживать арабские ВВС и т. д.

            В книге приводятся показания летчика Юрия Настенко о том, что вечером 5 июня 1967 года его часть была приведена в состояние полной боевой готовности, и у него не было сомнений, что ему предстоит участвовать в боевых действиях. Есть там опубликованное свидетельство офицера морской пехоты, который высадился со своим десантом на израильском побережье. Его отряд был атакован израильской авиацией и, вынужден был вернуться на корабль, а сам автор статьи был ранен.

            Авторы книги стали искать ответ на вопрос: зачем Москве понадобилось пускаться на такую авантюру. В опубликованный в 2003 году под редакцией Виталия Наумкина сборник документов МИД СССР был включен (по счастливой случайности или по ошибке) меморандум, датированный 23 февраля 1966 года, в котором сообщается, что 13 декабря 1965 года «один из лидеров израильской компартии поставил советского посла в Тель-Авиве в известность о своем разговоре с советником премьер-министра Израиля, в котором последний объявил о намерении Израиля создать свою собственную атомную бомбу».
            Существование в Израиле ядерной программы не было тайной для советской разведки, но ей было неизвестно, на какой стадии находились работы, которые велись в израильском ядерном центре в Димоне. Советское руководство тогда сделало вывод, что ядерного оружия у Израиля еще нет, и нужно принять меры, чтобы не допустить его появления.
            Ничего не добившись с помощью дипломатической активности, направленной на то, чтобы запугать Израиль и заставить его заморозить свою ядерную программу, Москва переключилась на подготовку силового решения проблемы. Судя по всему, среди советского руководства не было полного единодушия в отношении того, что следует предпринять. Особенно жесткую позицию заняли председатель КГБ Юрий Андропов и замминистра обороны Андрей Гречко.
            Был разработан хитроумный план с целью спровоцировать Израиль на упреждающий удар. Это в максимальной степени снизило бы вероятность ответных действий со стороны Соединенных Штатов. Нанесение Израилем первого удара вызвало бы международное осуждение и недовольство США. К тому же, поскольку перспектива появления у Израиля ядерного оружия тревожила Вашингтон почти в такой же степени, как и Москву, предлогом к войне должна была стать израильская ядерная программа.

            Советский Союз еще до начала Шестидневной войны заготовил ноту с поручением Финляндии представлять свои интересы в Израиле. Из этого неопровержимо следует, что советский план предусматривал разрыв дипломатических отношений с Израилем после того, как он будет спровоцирован на упреждающий удар по Египту.
            Известно, что 17 и 26 мая 1967 года два самолета совершили пролеты над ядерным комплексом в Димоне. Предполагалось, что это были египетские МИГ-21. Но Изабелла Гинор и Гидеон Ремез доказывают, что разведывательные полеты над израильским ядерным центром оба раза совершил в то время еще сверхсекретный МИГ-25. На Западе тогда не было аналога этой машине, которая получила в классификации НАТО обозначение Foxbat (“Летучая мышь”).
            Израильские летчики, поднявшиеся на перехват, поняли, что у них нет шансов: самолет, дважды пролетевший над Димоной, шел на недоступной для них высоте и с очень большой скоростью. Командование Армии обороны Израиля усмотрело в этом признак грядущего нападения на ядерный комплекс. Тогда-то и было окончательно решено нанести упреждающий удар по Египту.

            В советской авиационной литературе авторам книги удалось найти упоминание о том, что «в конце 60-х годов» МИГ-25 проходил летные испытания в ближневосточном регионе. А вскоре бывший советский летчик засвидетельствовал, что в 1967 году он совершил полтора десятка полетов в воздушном пространстве Израиля, в том числе два полета настолько секретные, что разрешение на них давал лично министр обороны СССР.
            Когда книга была в наборе, на сайте российского министерства обороны появилась статья за подписью официального представителя министерства, где подтверждалось, что оба полета над израильским ядерным центром в мае 1967 года были совершены «Летучими мышами».
            Насер с энтузиазмом поддержал затею советских друзей. 20 февраля 1966 года в интервью с группой иракских журналистов он объявил: «Если Израиль создаст атомную бомбу, единственной ответной мерой с нашей стороны должна быть превентивная война. Арабские государства должны будут безотлагательно принять ответные меры и полностью лишить Израиль возможности производить атомную бомбу.
            В Средиземное море была направлена мощная советская эскадра, в составе которой находились ракетоносные подводные лодки. Замминистра обороны СССР Гречко срочно прибыл в Каир и  заверил египетских друзей в нерушимой поддержке. В мае 1967 в Порт-Саид прибыли «с дружественным визитом» советские десантные корабли с подразделениями морской пехоты, а в Украине было приведено в состояние полной боевой готовности авиационное соединение, штабная группа связи которого уже находилась в Египте.

            Израильские войска захватили в Синае и на Голанских высотах трофейные документы (в том числе и на русском языке) с детальным описанием советско-египетского плана приготовления к войне. Полагаясь на советские ядерные гарантии, Египет разработал план “Операции Фаджр” (“Рассвет), которая должна была начаться на рассвете 27 мая 1967 года.

            По расчетам советских генштабистов ни израильская, ни арабская сторона не имела шансов добиться превосходства. Это позволило бы Советскому Союзу в нужный момент бросить на чашу весов малую толику своей военной мощи и без особых усилий переломить ход войны в пользу арабских союзников. При этом советская стратегическая авиация должна была под шумок разбомбить Димону.
            В полном соответствии с планом  советского руководства Израиль удалось спровоцировать на упреждающий удар. Соединенные Штаты, как и предсказывали советские политологи, выразили недовольство по поводу «агрессивных действий» союзника, объявили нейтралитет и вывели свой Шестой флот из восточной части Средиземного моря.
            Но действительность внесла свои коррективы. Советским военачальникам представлялось, что в Синае развернется нечто подобное сражению на Курской дуге. Израиль смешал карты советских специалистов. А Насер продолжал засыпать союзников победными реляциями,  когда исход войны был уже фактически решен, чем мешал составить ясную картину происходящего. Поэтому советское руководство не знало, что делать.

            После того, как израильская авиация привела в негодность все арабские аэродромы,  пытаться реализовать первоначальный план, не обладая превосходством в воздухе, было слишком рискованно. И всё же на шестой день войны, когда бригада «Голани» пошла на штурм Голанских высот, Москва решила действовать. Но речь уже шла только о спасении Сирии. Корабли средиземноморской эскадры получили приказ на высадку десантов, но к великому облегчению советских руководителей обошлось без военного вмешательства – Израиль согласился на прекращение огня.

            После окончания войны Москва стала заметать следы, но израильтяне устроили открытую распродажу трофейной советской военной техники – танков, грузовиков, артиллерийских орудий.  Миллиардные дотации арабским друзьям не принесли дивидендов. Советский престиж в арабских странах падал. Арабы возложили вину за свой провал на московских друзей.

            В такой обстановке необходимо было по возможности затушевать факты причастности Советского Союза к столь позорной катастрофе. По своим собственным соображениям в том же были заинтересованы Соединенные Штаты. Соответствующая документация была засекречена, архивы закрыты.

            Благодаря принятым мерам сложилось ложное представление о роли Советского Союза в истории Шестидневной войны. Западные историки успешно внедрили концепцию о том, что советское руководство после кубинского кризиса решило строить свои отношения с Западом на принципах разрядки напряженности, выработав к 1967 году осторожный и взвешенный внешнеполитический курс.

            Изабелла Гинор и Гидеон Ремез опровергли эту фальшивую версию, показав, как близко советские руководители — преемники и верные последователи тирана-авантюриста Сталина -  подвели мир к краю пропасти.

            Победа в этой войне позволила Израилю объединить Иерусалим. Израильские вооруженные силы захватили также Синайский полуостров, Голанские высоты, полосу Газа, Иудею и Самарию.
            Израильские лидеры были готовы обсуждать вопросы о мирном урегулировании со своими соседями, в том числе проблему возвращения,  по крайней мере, некоторых  из захваченных во время войны территорий.

            В дальнейшем Израиль вернул весь Синайский полуостров Египту, территория, которую требовала Иордания, была ей возвращена, а более 40% территории Иудеи и Самарии были переданы палестинцам для создания Палестинской автономии.

            К сегодняшнему дню примерно 93% территорий, завоеванных вовремя оборонительной войны, Израиль передал своим арабским соседям после соответствующих переговоров (территории в обмен на мир).

            После того как Иордания атаковала Израиль 5 июня 1967 года, примерно 325 тыс. палестинцев, граждан Иордании, проживавших в Иудеи и Самарии, покинули места своего проживания, чтобы не попасть под перекрестный огонь во время военных действий.

            После войны под контролем Израиля оказалось больше 750 тыс.. Большинство из них относились к этому государству враждебно. Тем не менее, в 1967 году более 9 тыс. палестинских семей воссоединились. В конечном счете больше 60 тыс. палестинских арабов получили разрешение вернуться на прежнее место жительства.

            По окончании войны 1967 года Израиль решил установить в Иудеи, Самарии и в секторе Газа военную администрацию. Это рассматривалось в качестве промежуточного решения – до тех пор, пока в ходе будущих переговоров не определится будущее этих территорий.

            Помимо требования исключить из школьных учебников антиизраильские и антисемитские высказывания, власти старались не вмешиваться в жизнь населения. Наоборот, они оказывали населению экономическую помощь: например, в секторе Газа палестинцев из лагерей переселили в новые дома.

            Арабам из Восточного Иерусалима была предоставлена возможность сохранить иорданское гражданство или стать гражданами Израиля. В качестве постоянных жителей объединенного Иерусалима они получили право голоса и право баллотироваться в городской совет. Кроме того, попечительство за исламскими святынями было передано Мусульманскому совету. Несмотря на особую значимость Храмовой горы в еврейской истории, евреям запретили там молиться.

            В ответ на эти шаги Израиля арабские лидеры в августе 1967 года на встрече в Хартуме одобрили формулу «трех нет»: «нет миру с Израилем, нет переговоров с Израилем, нет  признанию Израиля». Ещё выдвинули требование, чтобы Израиль покинул все завоеванные им территории.

            Так впервые был создан парадоксальный исторический прецедент, когда поиски мира ведет победитель, а требования безоговорочной капитуляции предъявляет побежденный. Прецедент, к тому же чреватый опасными последствиями, поскольку стимулирует акты агрессии, освобождая агрессора от главного последствия поражения – потери территории.

            Британский министр иностранных дел лорд Карадон заявил на заседании палаты общин 29 октября 1969 года, что «неправильно требовать, чтобы Израиль вернулся на позиции, которые он занимал 5 июня 1967 года, потому что эти позиции были неподходящими и искусственными»

            После подписания мирных договоров с Египтом и Иорданией Израиль отошел
на международно признанную границу. Но остались разногласия с палестинцами  и с Сирией. Разногласия с Сирией касаются Голанских высот. Израильский премьер министр Ицхак Рабин выразил готовность найти компромисс в обмен на мир. Однако не будем забегать вперед.

            Завоеванию Израилем стратегически важных для него Голанских высот предшествовали провокационные атаки со стороны Сирии, совершавшиеся в течение 19 лет при отсутствии реакции международного сообщества.

            Противостоять сирийским атакам израильские войска практически не могли    из-за географических особенностей: наблюдение за сирийскими батареями из долины Хула было невозможно; атаки с воздуха тоже не приносили желаемого эффекта -  сирийские войска имели прочные убежища.

            Требовалась наземная операция, но она была чревата большими потерями в живой силе и серьезными политическими последствиями. Всё же Израиль вынужден был пойти на риск и в 1967 году израильские войска начали штурм сирийских позиций на Голанах. Число погибших израильтян — 115 человек, что примерно равно американским потерям в операции «Буря в пустыне».

            С тех пор Сирия при поддержке мирового сообщества требует вернуть Голанские высоты. Но если Израиль уйдет с Голанских высот и перебазирует свои установки системы раннего предупреждения в низины Галилеи, он потеряет свою стратегическую позицию.

            Поэтому с военной точки зрения Израилю необходимо сохранить, как минимум, часть территории Голан, чтобы иметь защищаемую от нападения границу, так как соглашение с Сирией о нормализации отношений с Израилем могут быть  аннулированы в любой момент.

            И 14 декабря 1981 года Кнессет проголосовал за аннексию Голанских высот. В соответствии с этим законодательным актом управление этой территорией, осуществлявшееся с 1967 года военными властями, перешло к гражданской администрации, которая стремится восстановить нормальную жизнь и предотвратить возникновение каких либо инцидентов

            А вот из Синая Израиль ушел, но прежде он получил гарантии безопасности: Синайский полуостров был демилитаризован и стал большой буферной зоной. Однако позднее эта зона прекрасно стала использоваться для контрабандных поставок оружия в сектор Газы.

            И сегодня вопросы стратегической глубины обороны остаются актуальными. С помощью станций раннего оповещения можно не только предупредить население, но и обеспечить перехват вражеских ракет в период их полета с помощью ракет «земля – воздух». Если Иудея и Самария попадут в руки враждебных соседей, то в самом узком месте территории Израиля до границы будут находиться в пределах 9 миль от морского побережья, 11 миль – от Тель-Авива, 10 миль – от Беер Шевы, 21 мили – от Хайфы и практически на окраине Иерусалима.

            Что касается Иудеи и Самарии, то они незаконно находились под контролем Иордании в период с 1948 по 1967 г. Поэтому понятие «оккупация» к этой территории не применимо, поскольку законного суверенитета над ней не существовало.

            В тот период палестинские арабы никогда не требовали создать Палестинское государство. Важно также учитывать, что правительство еврейского государства предупредило короля Хусейна об отсутствии у него намерений воевать с Иорданией, если она сохранит нейтралитет.
            Хусейн проигнорировал это предупреждение и атаковал Израиль. После изгнания вторгшихся войск Иордании Израиль взял Иудею и Самарию под свой контроль. Совет Безопасности ООН отверг требования Иордании об уходе Израиля с территорий, занятых им в 1967 году. В резолюции № 242 Совет Безопасности признал право Израиля иметь защищаемые границы.

 

 

 

Опубликовал: cdialog_editor
Категория: История

Мнение редакции не всегда совпадает с мнением автора.
Перепечатка разрешена ТОЛЬКО интернет изданиям, и ТОЛЬКО с активной ссылкой на сайт.